вторник, 9 апреля 2013 г.

Сказка о фиалке

Она появилась ранней весной — маленькая хрупкая девчурке с синей скрипкой под мышкой.
 Когда девочке заиграла, птицы умолкли, прислушиваясь к чудесным звукам ее скрипки, пчелы и бабочки долго кружились вокруг, подпевая мелодиям, которые смычок девочки извлекал из крохотного инструмента.

— Послушай, Фиалка, — сказала ей краснощекая девица, сестра хвастливого Мака, прозванная Ветрогонкой, — ты могла бы выступать с концертами и получать огромные деньги.

— Ах, у меня ведь нет никакой школы, — отвечала Фиалка-Скрипачка. 

— Я счастлива, что моя игра вообще доставляет кому-то радость

.— Были бы у тебя деньги, ты могла бы приодеться, — поучала ее Ветрогонка.

 — А то ты и в будни, и в праздник ходишь все в одном и том же зеленом платьице.— Мне и так хорошо, я о роскошных нарядах и не мечтаю, — отвечала девочка.

— Будь у тебя деньги, ты купила бы себе янтарное ожерелье и надела бы на свою тонкую шею, — вмешалась в их разговор красотка Тюльпанша.

 — Может, приглянулась бы кому- нибудь.

— Фиалка-Скрипачка засмеялась: Говоришь, шея у меня некрасивая, тонкая. Так это мое ожерелье понравилось бы, а не я. В ожерелье он влюбился бы, а не в меня. Уж лучше остаться такой, какая есть.

— Ты рассуждаешь как ребенок, с тобой даже поговорите серьезно нельзя, — рассердилась Ветрогон’ и подкрасив губы, призывно улыбнулась стоившему по другую сторону дорожки Ирису.

Ирис на ее улыбку не ответил — в это время Фиалка заиграла снова, пленив его чудесной музыкой.С замиранием сердца он слушал волшебную мелодию. Она лилась и лилась, как нежная песня любви и дружбы, которым нет конца и тогда, когда земля застывает, объятая великим белым безмолвием. Фиалка кончила играть, и синеглазая Незабудка, наклонившись к ней, шепнула:

— Видела, как Ирис смотрел на тебя? Глаз не сводил. Он влюблен в тебя!— 

Да что ты! — тихо вздохнула Фиалка. 

— Ведь я некрасивая. Рядом с Ветрогонкой и Тюльпаншей я просто Золушка. С чего это влюбится в меня избалованный красотками Ирис? Неверно, он очень любит музыку и слушал мою скрип-ку, а ты морочишь мне голову, чтоб потом посмеяться надо мной: поверила, мол, дурочка.Так отвечала Фиалка, но сердце ее все же затосковало.Она прижала к плечу синюю скрипку и излила свою тоску и мечты в тихой мелодии. Слушавшим ее казалось, что в жизни бесконечно много счастья, стоит только протянуть руку и все, что ты пожелаешь — любовь, дружба, радость — упадут в нее, точно звезды с высокого голубого летнего неба.

Скрипка Фиалки умолкла, и Ирис еще долго терзался бы и горевал, если бы Сирень не шепнула ему на ухо:— Ирис, не будь дураком, не упусти свое счастье! Неужели ты не видишь, что Фиалка играет только для тебя! Она в тебя влюблена, это и слепой видит.

— Откуда ты знаешь? — возмутился Ирис. 

— Фиалка — такая артистка: она словно витает в небесной синеве, вокруг самого солнца. Земные чувства ей чужды, она живет своим искусством, и такой заурядный парень, как я, для нее не больше, чем простой стебелек.Наступил теплый вечер, и Фиалка играла Лунную сонату.Вначале в музыке слышалась непонятная тоска, щемящая мольба, печаль отречения, но вот мелодия перешла в страстный шепот, она манила, звала и, все нарастая, кричала о счастье.Рядом с Ирисом страстно вздыхала Ветрогонка. 

Ее дыхание опьяняло, как вино. Ирис хмелел и терял рассудок.Образ Фиалки перевоплотился в звуки, а Ветрогонка льнула к нему всем телом, целовала его, нашептывала нежные слова, и Ирису начало казаться, что Ветрогонка — его счастье.

Может быть, Ирис на другое утро опомнился бы, пожалел бы о мимолетном увлечении, но не успела еще сойти ро-са, как Ветрогонка раззвонила всем подружкам о своей предстоящей свадьбе,Жениха и невесту, как водится,
поздравляли, желали им счастья, согласной жизни, богатой потомством.

Ветрогонка самодовольно вертелась — только красная юбка развевалась, а Ирис стоял неподвижный и безучастный, словно это и не он женился на Ветрогонке.После свадебного пира должны были начаться танцы, и Фиалке предстояло играть вальсы и польки.

Гости построились парами, и посаженый отец Тюльпан сделал знак скрипачке, но наступила неловкая тишина.

 В свадебной сутолоке никто не заметил, как Фиалка исчезла, Только теперь Ирис сообразил, что это она уходя сказала:— Будь счастлив! Спасибо тебе за то, что ты встретился мне! Мои страдания родят новые песни, которые принесут счастье другим.

Комментариев нет:

Отправить комментарий